4. Ключевые моменты на пути излечения от булимии

Что же это за ключевые моменты?

1. Медленное выздоровление

    Когда ты обнаруживаешь свое ненормальное отношение к еде, ты не всегда понимаешь, что здесь есть какая-то проблема. Тебе кажется, что вся проблема в том, что ты толстая и тебе нужно похудеть - тогда и страдания пройдут: накупишь себе красивой одежды, запишешься в спорт-зал, и вообще появится так много свободного времени и сил, потому что голова больше не занята одержимими мыслями о еде, а силы не растрачиваются на постоянные переживания и физическое изнеможение организма.

   У меня есть встречный вопрос на такую позицию. Даже если ты похудела и надела все свои обтягивающие футболки и платья и чувствуешь себя звездой вечера, что стало с привычными навязчивыми мыслями о еде? Почему ты думаешь, что они сами по себе исчезнут? Вот именно, моя хорошая, они не исчезают. Ты все так же непрерывно думаешь о еде, не понимаешь, как человек может спокойно съесть порцию и остановиться, тебе стыдно есть перед другими людьми, и постоянно  страх того, что ты сорвешься и снова поправишься. Суммируем все вышесказанное - где жизнь? Она снова растворяется  в этих тревогах, не смотря на то что ты худенькая.

   Именно из-за этих мыслей и процесс выздоровления затянут. Наш мозг - очень инертное существо. Это значит, что он совершенно не любит меняться и делает это крайне медленно. Сначала ему придется понять, что не в похудении его избавление и счастье. А вот потом - поиск, осознание  и проработка тех эмоций, от которых от так умело научился прикрываться едой.

   По себе могу сказать, что второй пункт у меня занял два года еженедельного общения с гештальт-терапевтом.  Это тот срок, после которого я с уверенностью могу сказать, что эмоции свои я стала больше видеть и чувствовать; и вообще у жизни появился новый вкус. Но за эти два года я далеко не достигла совершенства в понимании себя и своих потребностей. Просто разрушен механизм заедания эмоций. Теперь мои "срывы" имеют более осознанный окрас, не сопровождаются перееданием и выражаются в том, что ты испытываешь беспричинный приступ тоски, отчаяния или одиночества.

   Кроме того, до этих двух лет у меня было еще пять лет поисков. То есть проработка эмоций началась уже на подготовленной почве, так сказать.
  А вот по поводу первого пункта - принять, что твоя проблема не в весе, а намного глубже - осознание этого у меня начало приходить так же после первых двух лет общения с психологом (но уже моим первым психологом Марией). И дальше оно становилось все более явным и понятным.

  Сейчас пытаюсь вспомнить, что же я делала эти 3 года между моими длительными психологами - пока не очень получается. Помню, что там было много эзотерической и психологической литературы. И поиски нового психолога. Там же в этот промежуток времени у меня периодически проходили срывы (на 1-2 месяца) и я расслаблялась в своем движении к выздоровлению, так как острота проблемы стихала. Снижала бдительность и  прекращала действия. Хотя стоило, наоборот, в эти светлые промежутки прикладывать как можно больше сил.

   Даже если убрать мой трехлетний затуп, то мое выздоровление продлилось 4 года. Кстати говоря, думаю, что девушки, которые пишут на форумах о том, что у них булимия уже на протяжении 10-20 лет - это именно те девушки, которые прибывают в названном мною "затупе" - они не признают проблемы, не обращаются к психологу, не рассказывают близким о своей проблеме.
   Так что не слишком пугайтесь этой цифры. Ведь если вы читаете мои слова сейчас, то вы в поиске средств к выздоровлению. Не останавливайтесь!

2. Причина несчастья - не жир

   Это второй ключевой момент, который стоит пропустить через себя и осознать, и о котором я уже порядка наговорила в предыдущем пункте.

   Добавлю то, что сейчас я научилась более-менее целостно воспринимать себя и людей. Раньше взгляд в зеркале всегда бросался на выпячивающий живот. И у других девочек я тоже либо осуждающе смотрела на него, либо же бросала завистливый взор на худенький плоский живот в обтянутой майке.

   Сейчас я вижу лица людей, я вижу, во что девушка одета и как ухожена, как у нее уложены волосы. А если я общаюсь с человеком, то к этому добавляется потрясающее впечатление от мимики, жестикуляции, тембра голоса и манеры говорить. В общем, я научилась видеть людей так, как их видят обычные люди. И теперь мне понятно, почему на мою фразу "я толстая", люди искренне удивлялись и говорили "в каком месте?". Сейчас у меня даже идеи не возникает так подумать о человеке (по крайней мере в весовой категории до 90 кг. А некоторым и 90 так идут, плюс ухоженность и харизматичность, что пускай и 90 - вообще плевать").

   Это все я наговорила к тому, чтобы ты поняла, что сейчас у тебя присутствует искаженное восприятия себя. Просто поверь мне, что ты в миллион раз красивее, чем ты думаешь!

(у этой статьи есть продолжение)

3. Поиск помощи, знакомство с моим первым психологом

  Чуть не забыла: перед тем, как я нашла Марию - психолога и специалиста по пищевым расстройствам - в поисках я попадала и к другим врачам. И к слову о том, как не было распространено в России лечение булимии: эти врачи предлагали лечение препаратами и только ими. Врачи были психиатрами - то есть доктора, которые занимаются клиническими заболеваниями и лечат таблетками, никаких разговоров, никаких бесед. А вот беседы и разговоры - это прерогатива психологов и психотерапевтов. Так что не путайте, когда я говорю о психиатрах, а когда - о психологах.

  Так вот, не помню я, что именно мне давали эти психиатры. И особенно сейчас, после удачного опыта антидепрессантов (о чем я расскажу позже) я совершенно не понимаю, зачем они давали мне это. Их препараты загнали в такую тоску меня, что впервые в жизни у меня появилась мысль о самоубийстве. Брр, и вспоминать не хочется. Хотя, кстати, срывов тогда, действительно, не было, но не ценой такого угнетенного состояния!

  А если учесть еще, что я ездила в местную психиатрическую больницу к этим специалистам, то мои воспоминания окрашиваются каким-то совершенно сомнительным оттенком.

  Таким образом, таблетки я перестала пить и в скором времени попала к Марии. Она жила в Москве и проводила консультации по скайпу, но говорить с незнакомым человеком о моих проблемах мне было страшно и стыдно. К счастью на ее сайте была опция: можно было написать ей на почту письмо с вопросом, оплатить какие-то там 100 рублей и она присылала ответ.

  Ей-то я и воспользовалась. Видимо, у Марии было много подобных писем, так как отвечала она редко. И через 2-3 таких письма я решилась на консультацию по скайпу. Мы созвонились, но я не стала включать камеру - стеснялась.

  Мне было сложно что-либо выдавить из себя, а когда я начинала рассказывать, становилось невыносимо жалко себя и мне хотелось реветь. Но реветь было стыдно. Так что в нашей беседе я была мало активна, и Марии приходилось брать удар на себя. Впрочем, на вид ей это было легко.

  Мы стали беседовать так раз в неделю по часу. Я по-прежнему не включала камеру. Помню, как мне совершенно не нравились наши "встречи", мне не хотелось с ней разговаривать, меня бесила Мария, но я понимала, что другого пути спасения у меня нет. Прошло ни много ни мало 4 месяца, когда я обнаружила, что мой психолог меня больше не раздражает, и мне стало интересно с ней общаться.

  Вот он - еще один важный момент (пометить галочкой): не всегда психолог должен нравится. Не то чтобы тебя должно выворачивать от вида своего терапевта, но, если тете не хочется идти на встречу с ним, или после встречи у тебя нет приподнятого настроения - это нормально. Особенно, я это поняла с моим вторым (долгим) психологом, но об этом позже. Вообще работа над собой - как правило, сложный процесс, где приходится сталкиваться лицом к лицу с неприятными тебе вещами. А кто помогает тебе с ними столкнуться?  Правильно - твой терапевт. Вот и объяснение, почему порой не хочется ходить к этим ужасным людям (шучу конечно).

  На тот момент я уже начиталась историй о том, как девочки болели булимией по 20 лет (что не могло не шокировать), поэтому быстрых результатов я не ждала и не сдавалась эти 4 месяца.

  Мария доносила до меня много важных вещей, касаемо того, как можно справиться с болезнью и много рассказывала про свою жизнь. Мне быстро понравилась её необычная и пробивная натура, а вот ключевые шаги к выздоровлению доходили до меня крайне медленно.

2. О том, когда подкосились ноги

  Да, я оговорилась о музыкальной школе. Туда я тоже подсуетилась и быстро поступила. В общем, я старалась устроить все так же, как было у меня в Челябинске. Что интересно: на друзей я вообще поставила эмоциональный блок. Я не чувствовала АБСОЛЮТНО НИЧЕГО по поводу моего отъезда в другой город в контексте того, что все мои родные, друзья и молодой человек остаются в Челябинске. Тогда я считала это своей силой.

  Силой - так умело отказаться от привязанностей, более того - не сожалеть и не грустить об отъезде в то время, как для другого человека это могло бы стать серьезным препятствием для переезда. Кроме того, я для себя решила, что не буду общаться ни с кем из своих друзей, кто остался в Челябинске (кроме моего парня. Мне и до сих пор легче отказаться полностью от чего-то, чем довольствоваться этим частично. Но сейчас я этим не горжусь, а считаю своей слабостью.

  Итак, каждый вечер после университета я неизменно лежу на полу в состоянии полного отчаяния, ужасном самочувствии и с невероятным размером животом. Мне сложно даже дышать. Реву в телефон маме. И у этих состояний есть ловушка - ты не понимаешь, почему тебе плохо. Даже хуже - ты на 100% убеждена, что тебе плохо от твоего жира, тебе плохо от того, что ты толстая, и несчастье ты испытываешь именно по этой причине. То есть, замкнутый круг: я жирная уродина - от этого дико грустно; чтобы утешить себя, предательский мозг требует новую дозу еды, от которой ты становишься еще толще.

  Но что-то в этой теории не так. На самом деле от меня ускользали истинные эмоции, от которых я пыталась блокироваться едой. Я совершенно не осознавала эти чувства, я их не видела.

  Сейчас, если подумать и посмотреть со стороны, ситуация очевидна: неосознанная 16 летняя девочка уезжает от своих родителей из родного города, где у нее все есть, в новый, не знакомый ей город. Здесь у меня нет больше поддержки друзей, которая не проявлялась в каких-то физических действиях, но всегда ощущалась. И здесь больше нет обычной посредственной школы, в которой мои способности к математике воспринимались как выдающиеся.

 Кстати да, хочу рассказать и об этом моменте, который  я считаю одним из ключевых в возникновении моих проблем с едой (хотя, может, я ошибаюсь). В школе большую долю уверенности в себе я получала от занятий математикой. Я была в этом сильна, и у меня был лучший результат ЕГЭ по математике в моей школе. Я даже брала дополнительные занятия с репетитором, потому что на школьных занятиях мне было скучно. И от всего этого осознания себя эдакой школьной королевой математики я получала большой заряд уверенности в себе.

  Но в Питере с этой уверенностью кое-что произошло. На первой паре по математическому анализу (или же это была линейная алгебра), глядя на общение моих одногруппников и преподавателя, у меня создалось впечатление, что я проспала несколько первых занятий. Они общались на темы, о которых я даже не слышала в своей школе, что означало, что эти ребята их уже прошли. А я совершенно не в курсе.

Просто немного ужасных университетских
фотографий :))

  С этого момента началось мое замыкание в себе. Я утратила уверенность. Я - самая обычная и посредственная, ничем не выделяющаяся среди этих выпускников математических лицеев. Да -это был шок, и это было для меня сложно.
Чтобы прояснить ситуацию, скажу, что хоть я и поступила на экономический факультет, это была специальность "Математические методы в экономике" - отсюда и студенты из математических лицеев.
  Так что очередным вечером у меня уже есть уважительная причина "уйти в запой" и вновь мучить маму рассказами о том, какая я уродина. На что мама мне как-то ответила, что нашла сайт психолога, который работает с булимией и предложила с ней пообщаться.
 Я совершенно не была готова рассказывать кому-то о моих постыдных действиях, но ссылку на сайт я, конечно, сохранила. Это был сайт московского психолога Марии Осиповой, она работала с пищевыми расстройствами - анорексией, булимией и компульсивными перееданиями. Сейчас она Мария Пчелина.
  Хочу отметить, что в то время - 2009 год - было очень мало информации о булимии в России. Интернет выбрасывал только определение данного понятия и 2-3 центра по всей России и Украине, которые занимаются её лечением.

  Еще один очень важный момент - это то, что я быстро поняла (не без помощи моей мамы), что я совершенно не могу справиться сама со своей проблемой, и мне нужна помощь. Таким образом, примерно через полгода моих проблем с едой я обратилась к специалисту. В то время, как другие девочки помногу лет живут один на один с их булимией и думают, что сейчас вот они начнут правильно питаться, похудеют, и как же жизнь наладится и станет радостной и прекрасной!
  Нет, мои хорошие, к сожалению, мы не видим истинной проблемы и зацикливаемся совершенно на другом, отправляя себя тем самым не по пути выздоровления, а по ложному следу, глубже в недра пищевой зависимости.
  Я расскажу об этом позже, но сейчас просто поверьте мне наслово: никогда (слышите?), никогда вы не станете счастливой и не вылечитесь, думая, что "вот за недельку я быстренько поголодаю-похудею, и жизнь наладится".

1. Начало, как я обнаружила себя в булимии

  

  Итак, поехали. Начну историю я со своей школы в Челябинске, и как я обнаружила себя худеющей на диетах, а потом переедающая, в отчаянии, и ненавидящая себя. Попытка обратить на это внимание родителей ничем не закончилась. Папа (или мама) просто фыркнули в ответ, мол "ерунда это всё". Да я и сама до конца не понимала, что это не ерунда. 

  Поступив и переехав в Санкт-Петербург мои срывы обострились. Я закрылась от людей. Мне совершенно не нравились мои однокурсники. В Челябинске у меня было все: друзья, музыка - я играла в группах на гитаре и на барабанах и получала невообразимое моральное удовлетворение от этого. У меня был молодой человек с лицом с обложки журнала и прекрасным голосом: он пел под гитару, а у меня бежали мурашки по коже, я им восхищалась.

  Но мне сильно нужно было поступить в Петербург - может быть, как акт проявления моей необычности. Родители решили (да, почему-то здесь не было идеи подумать самой, что я хочу), что я поступаю на экономику. Вот я и решила: раз на экономику, то хотя бы в необычное место.

  Тем более, что в Питер поступали мои друзья. И данная идея родилась в маршрутке в ответ на вопрос моего друга Славы: "Ксюша, а слабо тебе поступить в Питер?", "не слабо" - ответило что-то сильно амбициозное внутри меня.   И я начала готовиться к третьему экзамену, хотя в нашем городе на ту же специальность требовалась сдача только двух экзаменов.

Вид из окна моего первого места жительства в спб. Удачно попала :)

  

  Так вот, теперь к менее радостному. Я обнаруживаю себя на диетах и срывах в конце одиннадцатого , которые усиливаются уже после переезда в Петербург. И у меня нет ничего, есть только еда. Я думаю о ней, сидя на лекциях в университете. Я в томном ожидании, когда же закончатся эти ужасно скучные занятия. И нужно отметить, что занятия не были какими-то особо скучными, просто потребность заглушить мои чувства, которые я совсем не осознавала, была сильна.

  И вот я иду после университета, захожу в магазин, покупаю целый пакет разной еды, которую не нужно готовить, а можно открыть и съесть. Причем, обязательно должно быть так, чтобы можно было чередовать сладкое и соленое - тогда удовольствия больше. Выйдя из магазина, я нервно открываю первую шоколадку или булочку и вцепляюсь в нее зубами. "Боже, какой кайф!". Нередко в эту свою "первую затяжку" я прикусывала язык или щеку, потому что челюсть работала как у одержимой сумасшедшей.

  Я смотрю на пакет с едой - его объем - и : "Боже, сейчас это невероятное количество еды окажется во мне, бедный мой желудок, там же нет столько места!". А оно каким-то образом всегда находилось.

  Прихожу домой. Меня уже одолевает невозможный стыд перед соседями, которые, не дай Боже, увидят меня с моим постыдным пакетом с едой. И тут два варианта: либо соседа по комнате нет, и я в полном своем распоряжении. Либо мы научились открывать закрытую комнату в нашей снимаемой квартире, и можно уединится там и кайфовать.

  Но после этого кайфа... Я четко вижу картинку в своей голове: я лежу на полу этой комнаты и реву маме в телефон, какая я жирная, что я себя ненавижу за то, что сделала это. И так каждый день.

  Честно говоря, не помню, что именно я говорила маме, и как я осознавала себя и свою болезнь вначале. Помню только безнадежное отчаяние, ненависть к себе, мысли о еде 24 часа в сутки и в общем-то отсутствие жизни. Потому что даже если ты внешне ходишь в университет и музыкальную школу и живешь в прекрасном Петербурге, внутри у тебя мысли о еде и только о ней. Во сколько ты  придешь домой, что купишь, как будешь это есть, как будет хорошо наедине и только с ней - это жизнью я бы не назвала и никому не пожелала бы. Это ужасно...